Время динозавров. Новая история древних ящеров

Время динозавров. Новая история древних ящеров
 
 

В издательстве «Альпина нон-фикшн» выходит книга известного американского палеонтолога Стива Брусатти «Время динозавров. Новая история древних ящеров» (перевод Константина Рыбакова, научный редактор Александр Аверьянов, редактор Антон Никольский).

Автор книги — специалист по палеонтологии позвоночных, работающий сейчас в Эдинбурском университете, член редакционного совета журнала Current Biology. Он описал целый ряд новых видов динозавров по окаменелостям, найденным в разных областях мира. В частности, в 2014 году Стивом Брусатти с коллегами был описан динозавр, родственный знаменитому тираннозавру рексу (Tyrannosaurus rex), за необычную форму морды получивший прозвище «Пиноккио Рекс». А в 2015 году на шотландском острове Скай Брусатти нашел окаменевшие останки ихтиозавра юрского периода, заметив, что, в отличие от Лох-Несского чудовища, это настоящая шотландская древняя морская рептилия. Также Стив Брусатти — автор нескольких научно-популярных книг и множества статей о динозаврах.

В новой книге Стив Брусатти прослеживает эволюцию динозавров через все периоды, от триасового до конца мелового. Страстный энтузиаст и талантливый рассказчик, он воскрешает утраченный мир гигантских ящеров, описывает их загадочное происхождение, расцвет, удивительное разнообразие и катастрофическое вымирание. Тираннозавр, трицератопс, бронтозавр, доисторические предки современных птиц — с ними читателя знакомят не только яркие авторские описания, но и множество иллюстраций и фотографий. Брусатти также вспоминает интересные случаи из своих многочисленных экспедиций, выпавших на самую захватывающую эпоху исследований динозавров, которую он называет «золотым веком открытий».

В предлагаемом отрывке Стив Брусатти рассказывает о неординарной судьбе австро-венгерского палеонтолога Франца Нопчи.

 

Многие люди изучали динозавров, собирали их кости или хотя бы сколько-нибудь серьезно размышляли о динозаврах, но никогда среди них не было такого, как Франц Нопча фон Фельшё-Сильваш.

Вернее, барон Франц Нопча фон Фельшё-Сильваш, потому что он в буквальном смысле был аристократом, который выкапывал кости динозавров. Его как будто придумал безумный романист, ведь он являлся таким нелепым, неправдоподобным персонажем, что просто обязан быть выдумкой. Но он весьма реален: яркий денди и трагический гений, чья охота за динозаврами в Трансильвании — лишь краткая передышка от безумия его остальной жизни. При всей своей серьезности Дракула просто никто по сравнению с Динозавровым Бароном.

Нопча родился в 1877 г. в благородной семье на нежных холмах Трансильвании, в стране, которая сейчас называется Румынией, а тогда была окраиной распадающейся Австро-Венгерской империи. У него дома говорили на нескольких языках, и это внушило ему тягу к странствиям. Была у него тяга и другого рода, поэтому в 20 лет он стал любовником трансильванского графа, более взрослого мужчины, который рассказал ему о таинственном горном королевстве на юге, где жители носили ослепительные костюмы, размахивали длинными мечами, говорили на непонятном языке и называли свою родину Шкиперия.

Сегодня мы знаем ее как Албанию, а тогда это было захолустье на юге Европы, которое веками оккупировала другая великая империя — Османская.

Время динозавров. Новая история древних ящеров
 
Франц Нопча в албанской униформе. Фото: Wikimedia Commons

Барон решил проверить рассказы об Албании лично. Он отправился на юг, пересек границу двух империй, а когда прибыл в Албанию, его приветствовали выстрелом, который прошил его шляпу, едва не задев череп. Но это его не остановило, и Нопча пересек большую часть страны пешком. Барон выучил язык, отрастил волосы, стал одеваться как местные и заслужил уважение замкнутых племен, живущих среди гор. Хотя они, возможно, были бы не так приветливы, если бы знали правду: Нопча был шпионом. Австро-венгерское правительство платило ему за разведданные о соседях-османах. Эта миссия стала еще важнее — и опаснее, — когда империи рухнули и карту Европы изменил пожар Первой мировой войны.

Это не значит, что барон стал просто наемником. Он был влюблен в Албанию, даже одержим ею. Барон стал одним из ведущих европейских экспертов по албанской культуре и по-настоящему полюбил албанцев — одного в особенности. Нопча влюбился в молодого человека из горной пастушьей деревни. Этот человек — Баязид Элмаз Дода — номинально стал секретарем Нопчи, но его роль была куда больше, хотя в те времена об этом говорили менее откровенно. Любовники были вместе почти три десятилетия, несмотря на косые взгляды окружающих и распад своих империй; они даже объехали Европу на мотоцикле (Нопча за рулем, Дода в коляске). Дода был с Нопчей, когда в хаосе перед Великой войной барон планировал восстание горцев против турок — он даже контрабандой провез туда оружие для создания арсенала, а затем попытался провозгласить себя королем Албании. Оба плана потерпели неудачу, поэтому Нопча обратился к другим занятиям.

Ими оказались динозавры.

На самом деле Нопча заинтересовался динозаврами даже раньше, чем узнал что-нибудь об Албании, еще до встречи с Додой. Когда ему было 18 лет, его сестра нашла деформированный череп в семейном поместье. Кости превратились в камень и не походили ни на одно животное из тех, что бегали по поместью или летали над ним. Нопча привез череп с собой, когда поступил в университет в Вене, показал его одному из преподавателей геологии, и ему посоветовали поискать еще. Так барон и сделал, неустанно осматривая берега рек, поля, холмы, которые позже унаследовал, пешком и на лошади. Спустя четыре года, голубая кровь по рождению, но все еще студент, он предстал перед учеными из австрийской Академии наук и объявил, что нашел целую экосистему странных динозавров.

Барон собирал трансильванских динозавров большую часть жизни, делая перерыв, когда требовался в Албании. Он также изучал их и стал одним из первых людей, пытавшихся рассматривать динозавров как животных, а не просто как кости, которые нужно классифицировать. Нопча являлся настоящим гением по части интерпретации окаменелостей и быстро заметил, что в костях, найденных в его имении, имелось что-то странное. Они явно принадлежали к группам, которые распространены в других частях света: новый вид, который он назвал тельматозавром, был утконосым. Длинношеее создание под названием мадьярозавр относилось к завроподам, попадались и кости бронированных динозавров. Но они меньше своих материковых родственников, иногда намного; в то время как родичи мадьярозавра сотрясали землю 30-тонными телами, сам он едва достигал размера коровы. Сначала Нопча подумал, что кости принадлежат детенышам, но, изучив их под микроскопом, понял, что это характерная текстура взрослых животных. Было только одно подходящее объяснение: трансильванские динозавры были карликами.

Что вызвало очевидный вопрос: почему они были такими крошечными? У Нопчи имелась гипотеза. Помимо познаний в шпионаже, лингвистике, культурной антропологии, палеонтологии, мотоциклах и интригах барон оказался еще и очень хорошим геологом. Он составил карту горных пород, в которых были захоронены окаменелости динозавров, и определил, что они образовались в реках из песчаников и аргиллитов, которые осели либо в руслах рек, либо по берегам, когда реки разливались. Под этими породами были другие слои, образовавшиеся в океане, — тонкозернистые глины и сланцы со множеством микроскопических окаменелостей планктона. Нопча вычислил площадь речных отложений, определил границу между речными и океанскими слоями и понял, что его поместье было частью острова, который поднялся из воды в конце мелового периода. Мини-динозавры жили на небольшом участке суши примерно в 80 000 км2, размером с Гаити.

Возможно, предположил Нопча, динозавры были маленькими, так как жили на острове. Предположение основывалось на теории, которую как раз в то время выдвинули некоторые биологи на основании исследований современных островных животных и находок каких-то странных мелких окаменелостей млекопитающих на островах Средиземного моря. Теория гласила, что острова сродни лабораториям эволюции, где не действуют обычные законы, управляющие большими землями. Острова находятся далеко в море, поэтому только случайность определяет, какие виды попадут на них, принесенные ветром или приплывшие на бревнах. На островах меньше места, соответственно, меньше ресурсов, поэтому некоторые виды не могут вырасти большими. А так как острова не сообщаются с материком, растения и животные развиваются в изоляции, их ДНК отрезана от ДНК континентальных собратьев, и каждое вырожденное поколение островитян становится всё более иным, всё более своеобразным. Вот почему, подумал Нопча, его островные динозавры были такими крошечными и странными.

Позднейшие исследования подтвердили правоту Нопчи, и его карликовые динозавры теперь считаются ярким примером «островного эффекта» в действии. В других отношениях судьба была к нему не так благосклонна. Австро-Венгрия проиграла Первую мировую войну, и Трансильванию отдали одному из победителей — Румынии. Нопча потерял все земли и замок, а бессмысленная попытка вернуть имение закончилась тем, что толпа крестьян избила его и оставила умирать у дороги. Чтобы продолжить жить на широкую ногу, денег не хватало, и Нопча неохотно возглавил Венгерский геологический институт в Будапеште. Однако бюрократическая жизнь была не для него, и он уволился. Нопча продал все свои окаменелости и переехал в Вену с Додой, обездоленный и снедаемый меланхолией, которую сегодня мы, вероятно, назвали бы депрессией. В конце концов он не выдержал. В апреле 1933 г. бывший барон подсыпал любовнику снотворное в чай. Когда Дода уснул, Нопча пустил в него пулю, а затем направил пистолет на себя.


Источник